«Рай, он ведь, как СССР, на всех один.»

      прозреваю священные горы
иллюминатор
облаков кучевая вата
вместо верха и низа
вижу себя в самолёте
сегодня слова на бет 
древние смыслы
блаженной вершины
      балаган богатства 
бардак бедности
              и бедлам
божество без убожества
        святая земля

На подлёте к Бен-Гуриону

Пограничное

And what’s the bother of finding a new nation?
A border isn’t art, it’s just a frame.
Just make a secret inner emigration,
The holy land and exile are the same.

я не вернусь
боюсь
некому будет вернуться
неоткуда
и не найдётся резона
тёмной материи тёмное блюдо
предательски изощрённо
пряно как чёрный вкус шоколада
индейских обрядов
каждая буква в иврите всегда прописная
имеет значенье и смысл невозбранно товаркам
а во лбу горит фара
скажешь
шахтёр
где же
спрошу
бригада
качусь диогеном
полудня свет подминая
вояж на землю святую
без дозволения синедриона
чуждые культов жрецы сбиваются в стаи
у последней из границ
ожидает красный телёнок

Исход

наблюдаю в окно вечерами закат
ты луне не сестра
а я солнцу не брат
между звёзд дальних сродников не найдём
не сбежать нам млечным путём
мы прикованы к почве дизайном крыла
а пегасов табун
закусив удила
покидая планету
не сдёрнет с собой
мы застряли
единожды встав на постой
но сегодня
с субботнею первой звездой
из кладовки я ступу поставлю в прибой
помело из чулана
и две табуретки
ты пилотом
как и должно брюнетке
мы стартуем на бреющем
не засечь
обогнём хар а-байт
чтобы зло не привлечь
унты приземленье на плиты смягчат
храму жертвой
о стену пенный мускат
немного в мире стран
что посылая
своих солдат
своих детей
на бойню
пусть даже из нужды и справедливо
им разную судьбу пророчат в смерти
себя поставив выше той бездушной
к происхожденью
крови
и фальшивой форме
имперское наследство ли мешает
склонить главу пред равенством последним 
иль вера в то
что избранные
люди
а остальные
человечий материал
понять я не могу
принять тем боле
лишь голову склоняю непременно
как слышу звуки марша иль сирены
я не спрошу
по ком на этот раз

Подземелье

сталактиты в пещере
капище
храм неприлично древнего бога
я смотрю на колонны и идолов
города барельефы и статуи
природа никак не сумела бы
породить столько злобы и ужаса
усилий плоды человеческих
пепел душ
испражнения тел

Песенка репатрианта

наберу монеток в десять агорот
по карманам
и своим
и чужим
и полсотни бутылок я соберу
тридцать шекелей
мешочек в целый фунт
выпить кофе или ехать в тель-авив
раз сегодня
богач я
выпить кофе в тель-авиве
решено
я еду в кнессет
о бутылках
больше литра
быстро
лоббировать закон

Засуха

в ожиданьи дождя
я джинн
из арабских ночей
жду в бутылке освобождения
от удавки мигрени
хоть барометр падает
и небо в клубах облаков
бог потоков заснул под кустом
после бурь февраля
я хотел обмануть организм
струи душа включив
хлоркой несёт от воды
не обманешь сосуды
все иссохли поля
и холмы растеряли смарагдовый цвет
только красные пятнышки маков в соломе торчат
я и сорок бы лет потерпел
да вот кончилась манна
удобреньями полнятся воды
и грудами мусор
скорпионы да змеи
да стаи вороньи
да кучи помёта
только пыль на сожжённых полях
только пыль да жнивьё
на исходе шабата семь капель падут
но и ливня потоки не поднимут цветы полевые
суховей будет дуть до суккота
тёмные волны жара грядут
нам пора на север сниматься
бежав от пустыни