Мы — Наш, Мы — Новый…

россия
страна эмигрантов
внезапных репатриантов
советских изгнанников рой
столетий отравленных опыт
на кухнях изгаженных шёпот
никак не вернуться домой
разруху разносим по миру
ту
что в головах и сортирах
планета не станет трезвей
одним миром с властью
впервые
начальство
по клану старшие
владыка
имперских кровей
entia non sunt multiplicanda 
ведь Кафка для нас
пропаганда
кто чует
а кто-то
живёт
ушанка на статуе
ватник
и валенки
ленин в закате
исчез
а брат митя всё ждёт
как трудно себя осудить
и после суметь не забыть
митьки никого никогда не хотят победить

Ход Хашарон

Подземелье

сталактиты в пещере
капище
храм неприлично древнего бога
я смотрю на колонны и идолов
города барельефы и статуи
природа никак не сумела бы
породить столько злобы и ужаса
усилий плоды человеческих
пепел душ
испражнения тел

В киббуцном духе (off the grid)

вот когда мне всё надоест
я уйду от людей не из города
арендую участок леса
приведу за собой стадо коз
линзы водные под компостом
газ направят мне в дом
солнце с ветром зажгут светильники
ну а власти пускай подавятся
все знакомые в клуб запишутся
контрагентов молочных продуктов
из крапивы
супы и салаты
семена
как горчицу насыплю
козам тропку на луг средь скал
и
придётся
голодных псов
танк с голан подлатав пригнать
чёрный в масле максим с огорода

Сорек

Храму

нам вместе немного с тобою осталось
кто первый уйдёт
я боюсь загадать
а старость души
как от жизни усталость
любви обронить благодать
у камня развилка
да в пропасть все тропы
коня потерять бы
да нету коня
зато не останется больше заботы
о тех
кого жаль
и плевать на меня

Песенка репатрианта

наберу монеток в десять агорот
по карманам
и своим
и чужим
и полсотни бутылок я соберу
тридцать шекелей
мешочек в целый фунт
выпить кофе или ехать в тель-авив
раз сегодня
богач я
выпить кофе в тель-авиве
решено
я еду в кнессет
о бутылках
больше литра
быстро
лоббировать закон

Засуха

в ожиданьи дождя
я джинн
из арабских ночей
жду в бутылке освобождения
от удавки мигрени
хоть барометр падает
и небо в клубах облаков
бог потоков заснул под кустом
после бурь февраля
я хотел обмануть организм
струи душа включив
хлоркой несёт от воды
не обманешь сосуды
все иссохли поля
и холмы растеряли смарагдовый цвет
только красные пятнышки маков в соломе торчат
я и сорок бы лет потерпел
да вот кончилась манна
удобреньями полнятся воды
и грудами мусор
скорпионы да змеи
да стаи вороньи
да кучи помёта
только пыль на сожжённых полях
только пыль да жнивьё
на исходе шабата семь капель падут
но и ливня потоки не поднимут цветы полевые
суховей будет дуть до суккота
тёмные волны жара грядут
нам пора на север сниматься
бежав от пустыни

Дань современному стилю

я подберу плоды платанов
достану краски ленинград
простецкой кистью беличьей истёртой
икеи полки пёстрые оставлю позади
и разложу шедевры своего дизайна
у входа в дом
да вдоль забора
а в прошлой жизни
были шишки
еловые
и клей столярный

Ход Хашарон

«Шесть с половиной миллионов — А надо бы ровно десять!»

остановись
сирены воют по тебе
но смерть сегодня
не станешь вспоминать
а вспомнишь жизнь
существованием своим
обязан случаю
косе прошедшей мимо
так много лет назад
ведь "никогда опять"
о злом пророчестве
что сбыться не должно
и что касается тебя
семьи твоей
и твоего народа

Ход Хашарон

Пора

тринадцатого в пятницу
логично
когда три раза прокричат сирены
билеты куплены
заказаны места
для чемоданов
меньше их но много
как ожидалось пригодился лаз
предусмотрительно не затворённый
смешно
опять билет в один конец
опять чужими средствами оплачен
поскольку ездит
покупают пепелац
всё взятое на время
возвращаю
на левом адресе оформлена прописка
и за здоровье на год выдан счёт
чтобы не сгинуть
все раздав долги
их часть передаю по договору
въезжающему вслед репатрианту
хлам на помойку мне не выносить
мезузы сняты
проверяю свитки
не сразу истину узрели
в коанах агнии барто
её враждебное нутро
всё в мандаринах с карамелью
навеки сеет в душу странную печаль
стих о бычке
доске
и мячике в реке
тот мальчик
что слова несёт в руке
и прыгнувших на ёлку зайцев
жаль

Ход Хашарон