тишина оседает на стол непрочитанной книгой
смазан шрифт пожелтели страницы нет суперобложки
догоняют случайных филологов идолы
тикай час сизифа в апреле не сбыться
уступит немножко ненадолго зима
и вернётся дождями ледяными
а впрочем какие ещё в петербурге
тенью волка поймает уродцев покамест
полцены не захочет за киев в трущобах дежуря
please sit to be waited
prepare to move to be served
seas split to be weighted
despair to prove to be curved
knees knit to be fated
the prayer to stop to be blurred
keys fit to be gated
affair to groove to be swerved
trees lit to be plated
beware who pray through sea nerved
breeze writ to be freighted
nowhere to muse to be heard
македонское земляничное
пусть разбавленное водой
так легко параноика вычислить
фотографии наперебой
предлагают поверить действительности
подслащённой но натуральной
ретушь пауз потерь покровительствует
злой мадонне из зазеркалья
неспроста за окном жужужу
город полон неправильных пчёл
мне с куста словно сторожу
ржут вирусолог да праведник
счёл ангел перья с оборванных крыл
получилось как раз на тюфяк
а за дверью узорами крыл пол мазила
напрасно живя
время кружевом дни узелками окончательными
словно мох всё разрушено шестьюстами неурядицами
пересох зла источник не выдержав жажды
ожидающих тьмы перемен среди прочих
на идише дважды тамада о немых прогремел
моё отражение в венецианском стекле
ни холст ни эмульсия не сохраняют
тень снов поёт
откровенничая о пространстве во мгле
непрост нимб
боюсь в толкотне охры края
в окно уже льётся тьма
отпуская украденный свет на время заката
запомните эти огни сочельника
маятник тающий в кратере
нет ни демонов ада в приёмнике ни болтовни
всякая вещь из стекла попадёт в натюрморт маслом же или пастелью конечно неважно плакала вечность текла ли в обход там где стёрт казнями в иле наследник орешника граждан диких просторов давно уже не признают да и кому неприрученный ангел приятен лики покорных с луною ни там и ни тут каяться некому круче чем пастыри пятен
пусть ангел-хранитель не зверь а поверенный
вовсе меча не державший ни разу
не влезший в доспехи
изнанку похитив
отмолит у ветра отцовство заране
сфер давешних засухой не переехав
покинет пространство по волнам а время по крышам
сбежав от тревог заодно обретёт слабость крыльев
но финиш остался неполным
в костре прохудившись державой обжёгся
окном собран дождь капищ пыльных
отправляется утро в контейнер неслучившегося
на снегу подпись наискось путника
сшейте кумачи вынося
испекут хоменташи и праздник нагрянет
пропадёт тот кто должен пропасть
пусть вчерашняя казнь на экране
в свой черёд всходит золушка в пасть
попытавшийся выжить останется между эпох
не в варшаве в париже
где танец не так уж и плох
обретённая ложь свет и тьму познакомит на миг
за кордоном хороших возьмут в хромосомы плохих