двойная радуга условным всепрощением
благословением непризнанных небес
пусть мочит крышу ливень по-осеннему
не зря я нынче на неё залез
над морем леса словно в самолёте
тайга молчит но знаю я о чём
когда мне метку чёрную пришлёте
святые места
притворюсь врачом
вероятно кофе не поможет
утро начинается с усталости
в шестьдесят творожной и тревожной
утлою печалью зубы скалящей
отодвинуть трудно занавеску
за окном не мир а так этюд
только как гуашью ты не брезгуй
смоют день и ночью уведут
онемевшее тело любви без души
что душа погремушка
автоматом проглочена двушка
что ж ноль три без монеты
зови скорых ангелов в белых хламидах
ведь ни им ни тебе не летать
крылья отняты
пущены вспять все регламенты
шелест просчитан
крокодил конечно грубый
нежной птичкой чистит зубы
докторам не веря
камни с тел снимают чётко
с красным теменем чечётка
сонная тетеря
пусть из гада орнитолог так себе
и клюв недолог
но летает ловко ведь с обрыва
под мотивчик атональный шёнберга
разворовал он банк мелодий
и живёт красиво
свой срок определив
так просто пнуть рутину
и жить любовью прочее послав
смерть не проникнет в крошечный анклав
ведь ангел с финкой свой хаос покинул
зажечь на сутки вечный огонёк
а после без судьбы без прокурора
у богадельни сев на поезд скорый
газ отключить
пусть набегает впрок
в густом малиновом сиропе заката
тонут карамельные плеяды облаков
так близко так опасно
так недостижимо далеко
не в азии уже не в новом свете
да в общем даже не в европе
пушистость лиственницы
нежность юных игл
что так и не научатся колоть
у красного цветка размякла плоть
и дятел шишке грешно замурлыкал
небрежность недолёта
акварельность весны
что видима в календаре
но не в действительности
солнцем разогрет снег во дворе
в снах память нечленораздельна