так все собрались
по воде пойдём
ведь мы на острове какие варианты
эй ты страдалец
со своим нытьём достал
кто верует тот элегантно
скользит как водомерка и поёт
и богу благодарен и отчизне
а кто задумался тот идиот
какая физика а ну-ка сбрызни
коллективный иммунитет
достигается только в раю
на архангела саван крою
у архангела савана нет
а туника ему не нужна
он в районной больнице лежит
и досматривает миражи
кислорода лишённый сполна
всё мы сделали что могли
обретая случайность будней
на планете теперь безлюдно
и ни мака ни конопли не растёт
всё зола да пепел
чуть подмокли от талой воды
небеса по погоде чисты
мимолётно мир боголепен
зефир облаков
пастила предрассветного солнца
вдохнёшь холод осени сладкий
невнятно печальный
опивки в стаканах остатки
и ладно отставим
эсфирь далеко уплыла не прочесть
остаётся бессознательно и обречённо
вспоминать пуримшпиль вне сезона
калигула пытался отравить коня
но перепутал пузырьки
бежал с локустой наперегонки
и был настигнут и использован
а яд убил тиберия
чем рим освободил от суеверий
да и от могил
как легко разрывается время
цирковой папиросной бумагой
прыгнуть в обруч не плакать
ведь плакать не положено
тем кто изменит
пустоту отзвучавших напевов
пьес изъятых из репертуара
этот мир недостаточно старый
и попыткой побега разгневан
мы чётко знаем как направлен вектор
и двигаемся плану поперёк
туда где нас никто пока не ждёт
ведь те что ждут стреляют слишком метко
я бросил лук на запад
на восток я бросил стрелы
пусть себе сгорают с вопросом
непонятна запятая
казнить нельзя помиловать чуток
я пишу за других отбирая слова
у ещё не родившихся судий
нет мишур никаких ни вчера ни сперва
то что не было то и не будет
всё течёт не туда
потому поперёк
сны поставили мыслям плотину
золотая орда да серебряный сок
звёзды выжаты наполовину
жизнь страшнее любого абсурда
и смешнее абсурда любого
так панфиловца двадцать восьмого
ненароком отравит гертруда
позабыв пузырёк самогона
в свежем выпуске красной звезды
гамлет жив и напрасны труды
пули в поле уже не догонят