вода колышется
и тиной облепляет утопленников вечности
теченье стикса настолько медленно
что не понять
впадает ли река иль вытекает
из океана смерти
игрушечный осёл подняв копыта вверх
качается на месте под мостом
бюджет аида иссяк
харона сократили
и души движутся в печали
над речкой в обе стороны

прошёл опрос портов
не отозвалась половина
а впрочем здорово
что загрузился мозг

всё скачем на палочках
пусть без голов лошадки
ржут тихо и фыркают
пьют из ладоней
заменит овёс геркулес
но вдруг из темечка кровь
заливает глаза
прицелившись палочками
всей шеренгой
выпеваем пиф-паф
и смертные судороги сводят
изъязвлённое пулями тело

лептоны липтона в простывшем кипятке
промокла нитка на краю стакана
похмельная натура просит чая
заварка кончилась а магазин закрыт
шабат престольный праздник забастовка
и волглый ливень за окном

кого любят прощают
за что ж осуждаю тебя
пусть и не существуешь
эта вина ещё не безнадёжна

не на лабутенах
в кирзачах
и в чумовых штанах
всё же не надену
разгребать дерьмо
форма
подходящий натюрморт

запрет на игры
всё должно серьёзным быть
в картонном бытие
ведь уронить легко трущобы декораций
в лесу проткнуть дыру поджечь залив
обрушить небо громким смехом
и обнажатся бесконечные ряды
бетонных бункеров без окон

заснуть или усыпить
смысл гамлетовского вопроса
хотя бессонница его решает
приборы сорок два
что сорок два а что приборы
полкармана люминала
харону платой