в окне настроечная сетка паутины
сломался телевизор мира
чинят
я б сам его поправил и отмыл
да пауки за христа ради попросили
им дать немного железами пораскинуть
и будет сага о безумном гражданине
галактики
вселенной
что бескрыл
жду
обо мне ведь
о растяпе
простофиле
мы привычны к тюремному быту
и параша и шконка родные
сыты ведь обогреты забиты
все равны как однокоренные
с гимном нашим с шестой частью суши
или сколько там нынче неважно
будет всё кого надо удушим
остальным страшный суд арбитражный
ты любишь плохие стихи
а я не люблю никакие
мои уши к рифме глухи
выстукивать ритмы блатные
по жести разодранных крыш
и мурку свистеть пригорюнясь
стихиру оставь ты малыш
давай жить в обычном июне
нам не сыпали риса
под хупой не стояли
я с тобой не расписан
не повязан в печали
что ж так тянет
как будто
не порвать пуповину
заплутал я в маршрутах
здравым смыслом покинут
перестанет морфий действовать
ко всему ведь есть привычка
нету счастия еврейского
цианид не даст сестричка
цианид он только крысам впредь
вольные же крысы твари
раб господень не свободен ведь в смерти
жизни благодарен
не повезло нам с тобой
никому такое не нужно
дурацкий дуэт фагот да гобой
небосвода окружность
играли на пару собачий вальс
на заказ лабали семь сорок
ушла устав ты за скрипкой вдаль
так один и каркаю ворон

темнота предзимья
ночь пришла с вещами
снег так и не выпал
свет в испуге замер
нету отражений
стёрта амальгама
серых искажений
тени стенограммой

Квантовая сказка

чёрный кот на ландышевых каплях
знает точно что он есть
невозмутим
унесла его лягушку цапля
он стрелял из лука
возместим мы ему стрелу
сломалась сказка
прохудились сапоги
не то перо в шляпе
золотое
и дамасской стали финский нож
назло добро любит в ненависти мир
осёл и мельник людоедом съедены
маркиз дуремаром стал
сдана молельня под гостиницу
и пруд прокис весь в пиявках
монастырь развален
капище в руинах сгнил алтарь
люд грустит на скучном карнавале
так что в целом всё идёт как встарь