мне наказанием мироздания
необходимость наносить
узор из букв на бумагу
и не избыть и не покинуть

а в памяти останется
лишь выжившее
злости вопреки
от пятницы до пятницы
засиживаясь
вея угольки
озлясь
ремнём наказывая
рвали
и любовь и простоту
под крик
вдвоём
шарф газовый
вуалью
жгли
шестиконечному кресту

пожалуй молчать интересней чем петь
мудрее на суше все рыбы
жаром горит чешуя
пять плавников любую порвут сеть
тишину послушай учи наизусть диатрибы
возьми осьминога в друзья

нетрудно верить темноте хотя дорога непрямая
непредсказуем бюллетень и нота не звучит восьмая
как много встречных
дальний свет недопустим а ближний жалок
путей нет млечных
век отпет
глухонемым мил дзен рыбалок

как крыша съехала
сбежали тараканы
встав на крыло курлыкая и плача
как пели пьеха лайма вайкуле гортанно
снег намело
всё дико
незадача

надо дышать не отмерять вдохи
надо не верить а знать
рвать драпировки
детства печать
счастья сгребать крохи
боль без истерик
под стать птице днепровской

в иудаизме ангелы бескрылы
чай не пегасы
по воде ходить приучены с пелёнок
крокодилов ласкают без опаски
на крови раствор бульонный
бегство из египта сроднило с нилом
с тамошним зверьём
оспорив звоном запах эвкалиптов
вкурив кадилом в храме дым живьём

написанное час назад
относится к древнейшим временам
прочтёшь случайно
удивишься слогу
и вдруг задумаешься
а потом заплачешь

как субфебрильно мироздание
больной скорее жив чем мёртв
бежать пещер высоких зданий
найти летающий ковёр
на чердаке под самобранкой
парить над волнами тайги
орать частушки под тальянку
в шабат фуршет для всеблагих

мозг отравляет сам себя
нейротоксины окрыляют
мир близлежащий не любя
на крыше низкого сарая
взмахнуть кистями
и взлететь
колибри соловьиной рощи
рулит воздушный чёлн медведь
душ приунывших перевозчик