эфемерность вечных галок и дроздов так беспросветна
по весне галдёж и щебет на миру падёж незрим
мы для них как горы
жалок смысл жизни наш заветный
им до лампочки наш жребий мы ручьём не зазвеним
облепила стая церковь панорама акробатов
не опасны мы поскольку можем не существовать
выражается птенцами бесконечность у крылатых
ну а мы всё птичьи лапки чертим в общую тетрадь

молдаванский партизанский отряд
на румынском бела чао поёт
на кириллице подсматривает текст
как стремительны на нистру их челны

жизнь кровеобменом со вселенной
дар гемопоэза пустоты
человек как гвоздь второстепенный
в церкви что с поленьями на ты
дерево железу не товарищ
разум интуиции не друг
сколько в тёмный мир души ни даришь
не прозреешь коли близорук
истекаю юшкой не свернётся
в вакууме железными комками
явь гемофилией чудотворцев
лейкоциты бренными войсками

проживать там где тоньше мембрана
между миром и небытием
в городах непременно обманут
за стеною недвижен и нем
ежечасным дрожаньем моторов
не проснуться да и не заснуть
всё надеясь что выпустят скоро
в ад из рая бессмысленный путь
но в дубраве чуть-чуть поднатужься
лопнет плёнка исчезнут слова
нет возможности праздновать труса
досчитать не успеешь раз два

всемогущество снисходительно
так зачем мы боимся вождей
если главное
это истина
что ж искать
где бандиты подлей
врут опять ведь
не знают как надо
не хотят знать
не могут
дрожат
видят
боги небесной прохладой
собирают на ужин ежат
мясом грешников сытно накормят
кровью регентской напоят
карму чисти согласно реформе
стань ежом
и мочи всех подряд

закончилась в доме наличка
с мешком и с лопатою в лес
металлодетектор привычно подрагивает
нетрезв как требует логика бреда
по краю болота бреду
в бочажинах щуки беседы бедуют
надеюсь в бреду
мне это всё кажется
снится сусальное золото рыб
волшебных
погоны зарницы сорву с них
отмечу
погиб отряд золотых нототений
гонг нот автохтонных теней
ухи музыкальней отменней не сыщете
нету верней приметы старинного клада
инклюзиями в янтарях
валюты мне вовсе не надо
сто гривен в рублёных рублях

театр кукольный в коробке
на лбах марионеток буквы
татуировок возраст робкий
пять тысяч лет поди прочувствуй
себя поймают за верёвки
над сценой зеркала качнутся
как независимы и ловки
побеги призрачных настурций
ползут лианы укрывая кулисы джунглями
удавы шипят
и публика босая бросается на переправу
дверь аварийная забита
пожарный пруд харон с брандспойтом
а куклы крутят всё кульбиты
как небом призванные войты
марш похоронный отыграет
дотлеют рампы огоньки
мир взяткой карта козырная покроет
душу запрокинь
круг поворотный горизонта
канаты кукол вверх змеятся
всем сонмом прыгают геронты
покорны кукольным упрямцам

что ж боги
смылись вмиг как жареным запахло
жестокосерды все окрестности планеты
двуногих невелик запас сил
пуще дряхлость
добро нейдёт на сев
зло крутит пируэты

как воздушно быть кальмаром
в бездне мчаться реактивно
тушью вычертить наивность
за ногу хватать гагару
наслаждалась чтобы битвой
чтобы жизнь была доступной
чтобы не росла преступность
чтобы знали все молитву из монотеизма
просто чтобы к жизни относились
чтобы каждый был как остров
и как спрут был инфантилен