уж месяц как не падает роса
трава пожухла и осенне жёлты листья
чудесен мак
но неба комиссар дождя опухлость съел
мошенник морда крысья
и лепестки опали
и цветы не развернулись пустоцветы
завязь не вызрела
а в ликах пропитых
по штукатурке трещины лукавят

лошадка на печи
вдруг вспомнила земное притяжение
и по наклонной покатилась вниз
едва успел поймать
вращаются колёса
вся дрожит
не уходи
мне бы хоть иллюзию
неодиночества

птица самолёта на закате
дым недогоревших облаков
в тишине моторов гром раскатист
тигром озверевших мотыльков
призрак города напомнит о тоннелях
мир бетона близко за рекой
я не верю всё ещё не верю
лес не спрятать вытравлен покой

текст льётся и не остановишь
хоть гибель ясная в словах
без этих строк погибнет раньше мир
ведь тишина в бумаге

летать несложно что во сне что наяву
достаточно отправиться в полёт
как кортик в ножны крылья в кожух в синеву
в мешок заплатанный никто не отберёт

а хотелось бы чтоб просто ах
не я знаю ахи субъективны
сбыть умелым удаётся в такт
за рубли за доллары за гривны
что же попытаюсь нынче срочно
вот сейчас со следующей строчки
не выпадет ни чёрное ни красное
согнётся стрелка и укажет в небо
невыгоден бочонок с грустной сказкой
в оконце сделка без бумажек небыль
рулетка лет всегда напёрстком дней
таблетки свет взял чётырёх коней

как умереть не выучившись жить
как выжить умирать не научившись
мир осознать хотя б чуть-чуть на треть
в пылу бегов разводов и женитьб
лететь спускаться падать
ниже ниже
и напоследок память былей бывших
крюком в обрыв
пусть держит крутизна
путь лет

лучше всё же деньгами
впрочем хотя бы болью
хоть и пустырь страшней пустота
как до так и после
больно конкретен камень ночью
земной юдолью вдаль
да и вширь почти прожита
седой грустный ослик

орфею пришлось умереть
всё наврали потом
из ада не возвращаются
касса закрылась
смыв тень эвридики на треть
погнался орфей за котом
кот выкрал гадюку в сумятице
подставив под пулю
затылок поэта