всё кончено
не выживут слова
не стало денег
и держаться не смогли
не издан
не жилец
гласит молва
нестойко то
что ценят на рубли

волшебство
это просто
я отдам
буквы в рост вам
с душ облезет короста
двери звёзд
окна роста

я буквы криво выстроил
дерутся до сих пор
не подпускать на выстрел бы к перу
бумаги хворь

последняя таблетка от мигрени
полгода в кошельке уже живёт
мигрень
в таблетку эту
вроде верит
не спрашивает
смерть или живот

разуверился в парадоксах
отвратительно мир логичен
все пятилепестковы флоксы
никаких у цветов различий
кошки чёрны а мыши серы
лают псы громко ржут кобылы
вьётся ворон нет аду меры
детства сырт не вернёт что было

скользить в байдарке по ручью
закрыв глаза лицом в зенит
пусть день нежаркий пусть смеюсь
мне поп сказал господь простит
простит за леность
долг воде
что в море вынесет не сдаст
в туман оденусь
в простоте останусь в минусе
гриваст

небо без помех
уплыли тучи
ближе к городскому равнодушию
бюргерам плевать на сухость почвы
да бюджет на серебро иссяк
кашель солнцу
а не смех
не мучай
к вязкой жиже глин
в тоске прислушаюсь
пурпурной листва быть не захочет
креп-жоржет для пламени пустяк
вспыхнет и сгорит
в такой-то сухости
разводить костры запрещено
на тележке инвалид
очухайтесь
мчится люк открыть
тропой лесной
может и успеть
прорвёт плотину
возродимся хоть в траве невинной

работать виртуальным камертоном
несложно
дрожи подпевать вселенской
когда берёт за душу
и молчать
когда шум вздорный мимо пролетает

сугубо мой дом деревянен
дешёвые доски обшивки
не выжаты солнцем и ветром
сочатся живицею терпкой
залью смолу спиртом в стакане
достану из старой подшивки газету
от даты рождения
заложена церковь в деревне убогой
пью миру не богу

трясогузки изгадили всё лобовое
омыватель потрачу
запах денатурата
так по-русски по глади ли
сёл зло побоев
пум охватим
пот рачий
запад деспота краток
зеленеет вино кабака
пусть сучок но батрачий