аэропорты в джунглях навевают
мелодии вьетконговских речёвок
да битву рэмбо с тигром в стиле мцыри
ну и питона
проглотившего слона

совсем устал от экзотической фигни
смородину б
что с веток сыплет сладость
пусть фиолетовы уста
одна усталость
от этих кактусов
гони пилот
гони

экзотика
когтями не коснулась
не изорвала клювом
как жар-птица
два котика
частями в переулке
чеширски в суводь
бульк
ведь снам не спится
а я заснуть
и не пытаюсь
жмёт пространство
как чёрных дыр бесшовность
неприятна
вся эта муть
нажористо-густая
тут как ни странствуй
и на солнцах
пятна
пятна

полгода ливней
зонтики у входа
в ведре
молитвой мокрому потоку
все краски смыты
даже серого оттенки
остался
только блёклый конденсат
на окнах
за которыми
вода
в избытке
не поётся
и не пьётся

муть марево дымка туман
ядом над джунглями гарью над городом
вех ядовитый
цивилизации вечный последний напиток

внутренний зверь вовсе не прячется
слышишь его рык
просто поверь мира угадчица
сам к нему не привык
он торжествует а я подчиняюсь
вмиг о тебе забыв
снов маракуйя связь крепостная
крик вершины надрыв

как сбился календарь
то петухи под окнами хотя темно ещё
истошно будят джунгли
всё время просыпаюсь жар и холод
пусть кондиционер времён пространства
комнату бросает то в прошлое то в будущее
нынешнее так туманно душно
душный влажный пластырь

кошерная еда
на перелёте из гонконга в бирму
пусть пограничники готовятся
брать в руки змеюку паспорта
с ивритом на обложке
и пусть повстанцы
издают зубовный скрежет
у сфер любая музыка волшебна
гремящая мистерия абсурда

поэзия
вот перебивы ритма
вселенной хрип
баллон пуст
кислород не поступает
светлая поллитра как манускрипт
лишён плюс шестисот скрещённых минусов
забытых на раскопках
давид упрятал силу янтаря
в атаку ринутся тьмы голиафов
водка на вид хашмаль
но ток включили зря