испепеляет плазма крови
всё выжигает просочившись
никто поток не остановит
не соскоблит моллюсков с днища
хароновой железной лодки
пойдёт ко дну
в гемоглобине
солдатиком паромщик кроткий
как скользок край
как берег глинист
зачем ты киса пудришь мордочку
она и так вполне пушиста
зачем с ухмылкой заговорщицкой
мурлычешь притчу дзен-буддисту
он разуверится в аллахе
и в харе рамы заодно
и не спасёт ни амфибрахий
ни чёрно-белое кино

на рейсе нет вина
осталась водка
и та палёная
а впрочем наливай
пускай ничья вина сгустилась чётко
дубами клёнами
несётся в тьму трамвай
на перекрёстках звон
испуг водительский
по рельсам масло
сливочное
блин
что ни амвон
то мат по месту жительства богов
олимп трясёт адреналин

Лав Крафт

всё та же осень
пусть бесцветная неважно
тлен не зависит от антоциана
какая странная растянута туманность
велосипед отважно трёхколёсен
мы едем прыгаем с планеты на планету
звонком гремим клаксоном виртуозим
на поле зелень яровые озимь
последней парадигмой
клюв ктулху оклеветан

Тяготение

поток за иллюминатором
не то чтоб зовёт
но подталкивает
напомнив о крыльях безжизненных
обрубках морозов былых
не прыгай
постой
куда ты там
не вплавь и не вброд
война домам
как воздух свистит
ох быстро как
во рту не удержишь пятак
скольжение предметов в пустоте
не порождает грусти изначально
но так само тоскливо и печально
что очевидно тени все не те
в тенётах озорного паука
яд вызывает миражи
эффект туннеля
стезя одна дрозда и коростеля
на жертвеннике перья
не дрожи не вызывай сочувствия к себе
добро ест первыми бежавших разрушений
пьёт никакой ни злой ни добрый гений
судьба шипит ни слова о судьбе

в узких щёлочках между опухших век
тусклый свет догорающего абсурда
уходящие к горизонту курды
брошен абсурдистан закавычен век
не смотри в глаза мои не смотри
дорогое зеркало будь любимым
но дождись пока выжжет меня изнутри
жизнью смерть исчерпана нет недоимок

Арарат

криком с клироса набить папирусы
иероглифами бреда бытия
мцырям ирбисы как мира вирусы
мера веры в то что демон воссиял
моль собьют лучи
ты молчи молчи
проскрипишь чуть
вмиг лавандой сполоснут
бог вручил ключи
рай ему как чих
в каждом веке только несколько минут