диктует диктатор а демос дякует
и охлос худеет от фобий противный проклятый
народные струи ничуть не грустнее утопий
мочой затопило
и красную площадь и белое русло неглинки
немоцарт уныло как нот переносчик
на трубах играет и чистит ботинки

Как эта глупая луна
На этом глупом небосклоне

полная жопа вышла на небо
будет сегодня светло
питер не любит евгений онегин
север
не рассвело
знаю за дядю
жуть честных правил
все пропитала бинты
бог кармелиток в койках оставил
в бой ни на вы
ни на ты

нас трое здесь на общей шине мозга
бывалый трус
и зверь-балбес-защитник один как есть
когда опасность розгой
с вокзала в куст
и грызть тем ненасытней чем ближе рвущийся
и телом и душой
спасёт крадущегося вера и любовь

стихи материальны
действительность вторична
поддаётся предсказаниям пророчествам
трактовкам текста
святая ненормальность
небес метафоричность
в колодце сны румянее
по отчеству вдруг высветит прожектор

да нет мы не уменьшились
стрекозы свой приняли первоначальный облик
палеозойский истинный размер
и снова лето красное
и мясо приматов-муравьёв
и нежный хруст ломающихся шейных позвонков
георгий в страхе пересчитывает тени
драконов сотни тысячи мильоны
им больше не нужны уже принцессы живыми
да и битвы в прошлом все

мир о себе кричит стихом
а стих рождает мир
как из зеркал нагрянет рой вселенных
творец не может о плохом
божественный ампир спартанских скал
нетвёрдых переменных
нечётки уравнения неравенства гнетут
решений нет решимость бесконечна
прёт палиндром ужей
змея создаст мышам уют
сон кастаньет наездник чар беспечных

вымыл яблочко и на блюдечко
наливное всё как положено
ну а золото отразит желток
птица райская вновь несушкою
птицефабрика гамаюна боль
глубиною на сель похожа
но грязь измолота всем богам не впрок
балалайкою да частушкою

преджизнью накопление страданий
с рождения сорочкой облегают что туча мух
процессия такая
поход в пространство-время тараканий
и надо вспомнить о себе в предпустоте
отрезать яд стальных спиралей смысла
в рай сбросить вёдра слёз и коромысло
поверив что господь осиротел

жизнь рождается случайно
каждый третий лунный месяц
и впивается в загривок
жизнь должна кого-то жрать
тайных рельсов путь трамвайный
из двенадцати лишь десять
в зеркалах пусть некрасивы
но прекрасны дети
мать

замешательство первого снега
всё застыло заснуть бы и мне
предпоследнего вечера нега
дань осколку неполной луне
послезавтра сойдутся эпохи
вновь обещанное не исполнится
дни опять хороши ночи плохи
кровь побед соль в шурфе
мне бессонница данью мира туманных болот