память детства обманет
поддакнув
сладость сахара
зелень травы
петушков продавали цыгане
раскидайчики
белки
увы
виды в старом калейдоскопе не прельщают
не веришь глазам
но всё фантики копим и копим
кляссер с марками снам не отдам

невзначай убежать от любви
за моря за леса
в тьму пустыни
с обитателями визави
пусть ушастость ежей не покинет
пусть сурки савоярам поют
гимн играют на старой шарманке
все рассветы встречать спозаранку
только в норах возможен уют

машиной нужно управлять
как мило мы несёмся в пропасть
пусть камикадзе уподобясь
зато сорвав с двери печать
времён пространства
тьмы миров
хоть наша речь витиевата
нам скажут птичка будь здоров
вернёт на путь эвакуатор

я могу рассказать про митоз а могу про мейоз
можно даже молчать всё равно разбегутся слова
хвать-похвать ан за строчки не взять
пусть тверёз навсегда сны усадьб
сирано чужд напутствий молва и его оболгала
и пьесе ростана бойкот объявила навеки
носы не в почёте у толп
по вершинам непала никто никуда не идёт
люди все человеки свободен пророческий столп

суть в единственном слове
остальное узор
человеков не ловит спит трёхглавый трезор
роза тлеет на лапе освещает аид
дождик лавой закапал
гром боится молчит

о моей придуманной жизни знают немногие
вот и сам не в курсе
разве что изредка в зеркале
все злодейства шумана вычислю и укрою смех
ядом брамс зажмурься
язвами призрака вертимся
вот такая здесь музыка злая додекафония
скрябин светом в глаза стреляет
горит поэма боль меня контузила
прокляли пётр да феврония
сцапать смету нельзя и нельзя не слушать
снам внемлю я

а собственно где почему да зачем
бумага прониклась словами
не выбрался воздух штормами поэм из мрака
весь мир не обрамил
тьмой хаос пустыни окутал закат
песок засыпает страницы
никто как всегда в сказках не виноват
так что же мне снова не спится

смеялись апостолы во время вечери седера
что столько бог не выпьет никогда
но снова и снова наполнялись бокалы
возникали рыбы на блюде
никто так и не вспомнил
откуда пришли солдаты

вслушаться хотя бы раз
ведь обман не в словах
и даже не в действиях
в самой речи
которую мы почему-то принимаем за истину
правда в молчании