липнет смола к сосне
чучелко спит
лип нет
горек терновый куст
больно но не боюсь
кокон распутан
нить жизнью не соединить
что же ты братец лис
в ловчей петле повис

вот вспоминаю всех
и хочется со всеми повидаться
но не получится
и время
и пространство
украли многих
продолжают красть
зубастая у бога пасть

шок боли первых слов бог молвил хорошо
увидев мир без зла и без добра
легко ли отреклось невольно ли прошло
в транзите каббала позавчера
напомнила творцу что сон седьмого дня
вернул из пустоты былых чудовищ
двухтомник дотанцуй сожжён бемоль огня
отгул не пропустив притих бетховен

остаться без памяти
пусть ностальгия соврёт 
про зелень травы и прозрачность кусков рафинада
вибрации гаммами грусти мессии
в полёте к цели
увы
я подсяду без слов на гренаду
бухой вельзевул
не тоской так мечтой подчеркну
что только любовь безнаказанно может промазать
на кой бог уснул
ведь покой редко свойственен сну
порой нам слабо грех отмазать
матрёшки запаса

раны настолько привычны
уже не кровят
не заживают
настолько положены миру
боль ножевая глаголет про сложность сатиры
плачь колокольчик
язычник
ножей звездопад
отблески факелов
толпы
безумие взглядов
цезарь истыкан клинками
порука пера
гностики запили толком и умерли
надо трезвых от крика
упрямых окуклить
пора

нелепо о себе напоминать зарубками
считая обороты
костяшки перекинуть в декабре
живицей заживляя раны зим
в алеппо перемены в караван-сараях
урожаем терракоты запляшут
чертовщину дотереть
полиция слепая
отразим в последних зеркалах огонь начала
и не заметят на колу мочало
и промолчат

гагара проснувшись хохочет
взлетает с воды
летит в суши-бар некошерный
на тёмном болоте
недаром с полушкой схож кочет
медалью беды отит да катар поумерит паломник
заржёте и вы
осознав что достаточно крылья раскрыть
и можно взлетать
раз не ангел
то визы не нужно
противопоставь благодатями пыльную нить
таможни печать бумерангом унизит окружность

оцифрую покадрово мир
сервис облачный примет рулончик
на хранение вечное в полдень
там где бог там и госфильмофонд
подчистую припрятан эфир
прерван полночью в дыме
закончен крахом феникса
вечером продан длинноног
удалось воскрешён шелест памяти
лет целлулоид
чёрно-белое время надежд
акварелями мне надоест
телеграммами обеспокоит

как всегда зарифмую тоску
заблудившись в трёх соснах печали
рецидив тризной
просто молчали
ерунда врассыпную
ку-ку от вприкуску прошедшего детства
взявшись за руки верили в лёд
бирюза никогда не пройдёт
жизнь пропустим успев оглядеться

виноват и наказан
так что же теперь
так и жить
с той виной подружившись
принял брат
чтит сестра в шапито
бес потерь перешит
проливной отпрыск бывших
не апостолов
так
обещавших помочь
и под крик петуха улетевших
как всё просто
простак без плаща спихнут в ночь
бог проник без греха в крест и невод