пятьсот поцелуев назад
никто и не думал о счастье
но вот ведь всегда угораздит
вползёт по стволу в зоосад
всё тот же циничный удавчик
и выберет именно нас
в вольере двуногих теснясь
на лоджии хнычет красавчик

панорама вечернего неба в сотнях прочерков
смертный огонь отнял прочие сметы
трезвонь рамаяна сирены свирепо
щит звенит поддаётся слегка
обретает структуру пространства
добр израиль но суры ненастны
мчит иврит полководцем войска

ну предположим
выбор всяко небогат
на полюсе теплу любому рады
гулянья фейерверки маскарады
и нарасхват волшебный аромат
черёмухи сирени гиацинтов и ландышей
цветёт одновременно что может и не может
пир вселенной на полчаса
амбре пурги инстинктов

как странно помогла ахматова
вдруг показав что всё несложно
слабо стремглав
ферзём пробьёшься в нирвану
каббала косматая
расчистит поле под картошку
кто был ничем тот станет третьим
чтём вифлеем но не заметим
глас листьев боли врёт немножко

вот ночи и белые
время понятно бесцветно
да разница есть между зрением и слепотой
улыбка и жест непроверенные
но постой отсрочь на неделю всех демонов
пятна плаценты
ни светлым ни тёмным богам не нужны
звездопад давно запланирован
светятся рушась ракеты
заноза эфирная месяца
ужас ну где ты
кокетлив котёнок на камне
амнистии рад

меня обидев стрекоза
слетит с протянутой ладони
и всё ведь ветер не догонишь
и не успеешь рассказать
ни снов о будущем
ни прошлых нелепых тусклых размышлений
нас насекомые не ценят
смешна им наша непохожесть

контрабандный бирманский пуэр
с каждым разом всё крепче и крепче
прямо в мозг чище доктора шепчет
раз услышишь и с места в карьер
нужно только добавить воды
и добавить воды и добавить
не удавы в слоне
слон в удаве полетит от звезды до звезды

ни о чём не надо беспокоиться
никого не следует любить
от колонны в зле на петлю нить
кирпичом гранатой деспот троицу
из иконы вычеркнет из риз
побредут в ближайшую таверну
на вечерню тайную пусть скверно
ничего апостолам сюрприз

дарю вселенной свой скафандр
останусь голым в пустоте
прохладно здесь
но и не те морозы видел александр
не македонский но суворов
на сером боевом слоне
придётся видимо и мне
взять ослика да в вечный город

пылает битва с энтропией
на приусадебном участке
гектар прополотый на счастье
гектар прополотый как прииск
до одуванчика до корня последней сныти
до былинки в густом кладбищенском суглинке
природа плачет живодёрней