кабаний абрис росчерк карандашный
попытка измениться в тупике
глаза в глаза в кредит рука в руке
обняв штормтрап поднялся сфинксом бражник
сиреневый и знающий ответ на все вопросы
но в пути забывший
что в заклинаниях необходимы рифмы
а вот в пророчествах рифм по закону нет

меняю музыку пространства
вплетает время белый шум
никак его не заглушу но и не выделю
авансом мне бог напел седьмой псалом
тот вариант где он не судит
судить предоставляет людям
смеётся нелюдь поделом
как быстро мы исчерпали друг друга 
всего за жизнь всего за пять минут
я тот кого уже нигде не ждут
ты та кого не удалось застукать
живущей во вселенной
мы вдвоём и вечно порознь
четыре разных мира
в аду не принимают пассажиров поодиночке
так куда ж плывём

так тянет поправить уставшие песни
слова надоевших стихов
дитя переправы груз памяти тесной
обманом гешефта грехов
расставит все буквы забытых молебнов
порядку веков поперёк
октавы баюкают мидий целебных
но заткнут их зов в рагнарёк
под мостами конфетной страны
проживают как встарь профи тролли
они матрицу всю распороли
постолбцово построчно
смутны ежедневные скверные шутки
блеск оксюморонов на воде
доползут с берегов
но нигде не звенеть им
в тьме горла застудят

неспокойно унылое море
гул цунами поёт о любви
отплыви сеть забрось
налови не биткойнов
рубль нерукотворный
пусть забьётся горя чешуёй
и роняя копейки да центы
мир огня свою спрятал плаценту
грустью моцарт год зря прожуёт
уехали те кто не мог оставаться
оставшиеся приготовились к смерти
не выучив патриа о муэртэ
обратный отсчёт не начав
ведь шестнадцать исходным числом
только кто ж это знает
что десять в шестнадцатиричной системе началом
до этого мир как бы дремлет
донеразмороженным в пору минтаем
нелепое сиротство документов
тоска бумаг просроченных ходатайств
раз не отправил то сполна отплатят
и превратится запорожец в бентли
налоги сборы да страховки да акцизы
штраф за предполагаемую лажу
несбыточность намерений
однажды солгавшего мир навсегда унизит
несправедлива мера счастья
да мера боли небесспорна
бог смотрит сверху это порно
и возбуждается отчасти
он стар и немощен но робок
спит на трибуне мавзолея
архангелы его жалеют
а демон держит крышку гроба