так убивать нас и не научили 
а жить учить и не намеревались
здесь воздух жжёт острее перца чили
вода мутнее чем психоанализ
нас из природы вычеркнули
вовсе в пересыпи по переписи нету
и впрямь была последней эта осень
для пушкина да и для всех поэтов

опустевшая клетка не для птиц вероятно
королевы нередко превращаются в пятна
два крыла силуэтом дух изнанки утерян
впрочем дело не в этом глухи ангелов тени

по ледяной проплешине несутся воды вешние
что им до декабря
лёд легче стылой жидкости
пускай не положительный
но всё-таки не зря скользят бобры на роликах
хотя и не католики и даже не волхвы
звезда горит сверхновая
тюряга переполнена бесстрашием молвы

несложно оценить ненужность текстов
бессмысленны все буквы на бумаге
когда слова настолько в беспорядке
что не осталось чепухи в абсурде
пророчество прозрачней тишины

сезоны нынче смазаны
зима ничтожна ну а лето невозможно
холодное и влажное весьма
ни хлеба ни икры нет ни пирожных
вода испорчена душой бесповоротно
нет в атмосфере кислорода только лёд
последний демон по полслову отнял у ангелов
теперь немой уйдёт

из облавы не вырваться
полночь в городах пересыщена светом
приграничный пунктир преисполнен темнотой
ну а дальше неведом путь
по минным полям по болотам
партизанам последнего сна
то ли из преисподней уходим
то ли рвёмся ад вызнать сполна

в полдень свет всегда сильнее мглы
даже в самый тёмный праздник года
и ракиты до того милы
что не замечаешь как сработан ненадёжно мир
и веришь в цирк словно исполнение желаний
через лес на солнце напрямик рвёшься
полутенью одурманен

тенью ночи сгорают алмаз да графит
и расходятся в уксусе жемчуг да мел
кислота и песок и кремень растворит
однова пропадаешь труслив ли ты смел
значит жить как живётся пока кислород
разрешён во вдыхаемом воздухе
сны видеть не возбраняется
ехать вперёд или вбок как случится
авось прощены

познав добро и зло инжир вздыхает
и сбрасывает листья навсегда
боясь плодов своих
пусть ерунда угрозы бога божьих вертухаев
но людям что стыдиться наготы своей
не беззащитность это сила
природа смокву выжить попросила
и вышли листья из ветвей пустых