растоплю камин календарём
время жарко полыхает годы согревают
посидим втроём
тень да отражение напротив
вслед за мной не повторят движений
мест своих не знают верят снам
жаль любовь нам вера не заменит
и надежда не разрежет пополам

посуда бьётся к счастью
летающее блюдце пусть вторсырьё отчасти
в тунгуске обойдутся и этим
из деталей насобирали дронов
вендеттой попытались бомбить усталый хронос

жжёт заложенный нос не в ломбарде во сне
пусть мессия подрос сложность только в цене
ограничен бюджет но не суммой а весом
хоть и нету дюжей жоржа шарля дантеса

из мест на земле мне не выбрать своё
поди заболей петербургом
споёт болото тебе непогодой и тьмой
о том что судьбе сколько рожу ни мой
останется грязной истрёпанной вдрызг
ни сна ни соблазна под шёпотом брызг

проиграю я ливню в напёрстки
унесёт он и дом мой и зонт
ветер западный за горизонт без меня улетит
философски весь промокший гляжу на закат
мне канзаса уже не покинуть
в пальцах мну непослушную глину
льва не вылепить сам виноват

пламя заката пламя бутонов
в хату запрятал всё что законно
всё остальное в погребе спрячу
в банках стеклянных как же иначе
нынче имущество худшая мета для хуторянина
плохо одеты измождены недосып недород
вспышка звезды рождество новый год

высокая поэзия гомер
все так и не забыли одиссея
ввек надышавшись пылью и лысея
опять уравновесить
например добро и зло рассвет и полночь
смерть и вечер
и потекут слова по руслу вверх
за каждый сон один снимая грех
платить за чёлн харону больше нечем

райком бомбоубежище воронеж
зубовный скрежет вой блэкджек и шлюхи
а чуть весь этот ад припевом тронешь
окажешься конвоями обнюхан
и загнан в угол станешь петь беззвучно
да так чтобы мотив не угадать
но вычислят по частоте трезвучий
и ляжет соломонова печать

прилетают всё белые птицы
отчего же они поседели
видно в свете пора раствориться
ведь не в тьме ж растворяться
не тень ли все присвоила дни да сезоны
время серости календаря
лист один неотрывно позорный
обрусел апокалипсис зря

тело вместе с головой не работает
не вой отпусти все мысли с миром
дождь пойдёт и станет сыро
руки ветками воздень к небу
и сойдёшь за тень