туша кашалота дёрнет плавником
и все няши лота оживут тайком
бог доел пуд соли потушил содом
столько лет мозолил бой души
потом морю сил добавил и воды и бед
снова бой без правил
снова дым пропет
брань выживших поклоны обречённых
да запахи немытых потных тел
кому чистилище кому барак на зоне
кому в стокгольме дом
но карлсон улетел и не вернётся
аппарат сикорского
для экспорта в россию запрещён
ну и дороги снова мерят вёрстами
злят собственная гордость да резон
раз дети небесных трущоб точный выбрали яд
вы им задавайте вопросы
иная эпоха иная словесность
но я в этом не виноват
адронный коллайдер разнёс что и так было плохо
обещанный дождь сбылся медленным снегом
тяжёлым и влажным забывшим тепло
долгов не сочтёшь пылью ретуши
сбегай на угол за стражей
пролив напрягло колонной эсминцев
трёхцветные флаги застирано небо
кровь взята взаймы
никто и нигде до сих пор не заплакал
привычный как снег пир во время чумы
смерть так и не подешевела
а мы надеялись на скидки
жизнь перемешивая прытко
и по субботам по приделам скрываясь
прячась по застенкам
от тьмы и света в равной мере
ничуть в душе не лицемеря
набрав на сдачу прозы венской
не помериться так помириться
вечно с богом сражаемся в тьме
неуверенность самоубийцы сжечь не смогут
сбежать не посметь потерявшему чашу мессии
крест осиновый гвозди из звёзд
что в молитвах напрасно просили получили
навечно всерьёз
тест на депрессию показывает бурю
а впрочем пробы хуже чем календари
растратим весело оказии
сощурив глаза европе ужасами подарив
моря и континенты и прохожих
и сами на гармошках заиграв
на три аккорда все одно и то же
и гравицапу потеряв и антиграв
не осталось запаса прочности
до рассвета проснёшься и опаньки
снова части три
три источника заприметят да схватят
покойники всех живых живей
мавзолеи русь укрывают слоями лжи
до последнего ужаса сам боюсь
так хоть ты творец не дрожи