я стригу искусственный газон
кровь пластмассы пахнет снами рая
не раскрасить шахмат нам
играя трёх коней дебют
четвёртый вовсе вон вышел
после истинной считалки
всех печатей ангелов и труб
мы не знали что конь бледный груб
но его заранее всем жалко

прожить одиннадцать ненастоящих жизней
и каждую перевести в слова
язык молчания которым боль права
раз мы её отчаянно не слышим
поможет выдохнуть и крикнуть наконец
и зверь придёт на крик и спросит
что же ты одиночества боялся
ведь прохожий случайный голоден
любой любви ловец

нечто среднее
между касторкой вдруг и коноплёй
вероятно что клён молодой
чуть пробившийся к свету
что же ладно схороним постой
впрочем я не об этом
зря не сплетничай
прежде подёргай других пьяной тьмой
и рассеется мрак
и над стойкой возникнет бармен
и число загадает но надо иное назвать
и польётся в бокал
золотистым вином благодать
или бронзовым пивом
назойливой книге взамен

ну вот сюжеты и накоплены а жизнь
со смертью так ещё и не перемешавшись
пока останется на злое время кашей
на доброе пространство сном
кажись здесь ветер дул ещё совсем недавно
настолько северный что челюсти свело
смыкается горелое село
с эстетикой столицы неисправной

новый оскол только старый оскал
дрон из воронежа нож брить устал
ленин похоже романов
чернобыль звоном часть света
тьмой остров попробуй

пока мы в окно наблюдаем падение листьев
дни осени мимо скользят
и ложатся на дно колодца
с водой ни живой и ни мёртвой
очистив её от трёх чувств и от мудрости
ведь ни одно не нужно нам чувство
в нирване непредотвращения
той бесчеловечности что так часта у людей
и каждый уверенно правый
твердит ведь кощей не я
народом придуманный вор
смог страной завладеть

лак для ногтей кринжовый
парный тюбик помады
и не вспомнить кто оставить их мог здесь
чьё дыханье зеркала смущало влагой
обещая флирт безадресный но искренний
возможно что я тогда покинул дом
посёлок страну планету эру
а вернувшись не открывал
ни комнату ни память

земля давно остановилась
а нас инерция несёт сквозь пустоту
скажи на милость
планеты все наперечёт и звёзды тоже
рядом с нами нет ничего уже
но сны по-прежнему тревожны
знамя ничьё почти до белизны

невнятны пятна утреннего леса
рассыпанные под стволами ив
благоприятны чудом не воскреснув
тузы сгоревшие дотла
наив колоды карт таро
неполнотой усиливается
и результат гадания
становится не той судьбой
уж слишком незамысловат