развесить по стенам голландцев фальшивых
и не выходить из комнаты
надо стараться реальность зазря не будить
раз ей до предела отравлен
нет смысла вдыхать пустоту пожаров
смертелен здесь август
и риском и дымом во рту

да кто во время праздника
читает рекламу на стене
пусть телевизор строкой бегущей
льёт про упарсин вздор
наш тамада сейчас неиссякаем
мы слышим бой курантов убаюканы
словами что был труден прошлый год
но в этом всем нам точно повезёт
с двенадцатым ударом полукруга

красота и нежна и бессмысленна
и смертельна но это пустяк
пауки ближе всех нынче к истине
ловят в сети людей просто так
ну не рыб же ловить в самом деле им
нет для этого крыльев у них
не апостолы
слишком затейливы и умелы
курильщики книг

в шмелях не жужжание важно
а злая способность лететь
туда где возможно у граждан цветов
отобрать мёда медь
ходы прогрызая в бутонах
минуя пыльцу как харам
воссоединиться влюблённым мешают
не нужен им храм

когда в полночь встаёшь из кровати
только не просыпаешься нет
не заметив что ты уже спятил
проникаешь в селеновый бред
и лунатиком неторопливым
отправляешься вслед за лучом
светят кролики как это мило
невменяемость в мире ничьём

когда путь превращается в реку ледяную
свет гонит вперёд
позабудьте о таинствах века
напрямую агонией вод проходите
пока не замёрзло до конца
погружайтесь в туман
впрочем жидкость ведь то же притворство
скорбь без крыльев а не от ума

это вовсе не церковь здесь нет образов
но мозаика пятнами в окнах
в полночь в лица сгущается
тьму распоров витражи ветром светятся
ёкнет у неловкого странника сердце в груди
дежавю от грядущего страха
мышеловка услужливо соорудит межи сбрую
крадущийся ахнет

взлетает чайка и ружьё стреляет
позвольте да откуда здесь ружьё
мир рассыпается на красные кристаллы
но птица вырывается живьём
из этого кошмара или пьесы
знакомством с автором кичится режиссёр
ведь вместе убегали от кортеса
но кто ж из них весь шоколад с ванилью спёр