бог овладел искусством монтажа
он перекраивает время да пространство
хотя богам присуще постоянство
но этот был распят
и не дрожа отказывается
раз не ответчик
от духа и отца
и заодно ведёт двенадцать партий
в домино с апостолами
им и блеять нечем

Из Бродского

переведённые сумма поэма девица
дружно дрожат
на противоположном краю пропасти
в следующий раз я вас всех раскрою
перелицую и вместе доем
матерится то ли чудовище
то ли лихой полубог прокуратуры
уж больно их форма похожа
ведь на гармошке
он так доиграть и не смог
песню о встречном
и дождь поливает прохожих

кавказской пленнице не светит
потому что
ни мусин-пушкин ни кутузов вне алушты
от янычар не отобьются никогда
нет полуострова расслабленнее крыма
детумесцентней нет
квартет неуловимых
так этот ларчик и не разгадал

какая только хрень ни снится
распалась плёнка книг времён
где ж каю отогреть страницы
от жалоб весь поник тот клён
над той волной
что поглотила княжну персидскую
снега укроют ночью крокодилов
нежна ведь выцветшая ткань

слова обычно не больнее мира
живое и не может быть здоровым
анчара лист хоть назови лавровым
хоть высуши
решить вопрос квартирный
удастся ненадолго
риббентропам заранее заказаны фуражки
а снайпер что ж наверняка промажет
контрастом кривотолков сыпь европа

я вижу обречённых бегемотов
им не пришлось добраться до причин
ведь зацепившись в жёлобе
за что-то враждебное эрзацу
дож почил не в бозе в пустоте
о бози-бози сколь тесен вакуум
сколь полон лишних слов
в жабо и бледно-голубом психозе
уже не квакает войнолог соколов

пошлёт товарищ сталин и пойдём
всегда идём когда нас посылают
сопрождая револьверным лаем полёт
нашарив в шквале водоём
не сукровицы а водицы
в жилах течёт она же
ведь сказал поэт
нажав на спусковой крючок
что нет тому не спиться
чья псалтирь спешила