ты умеешь летать
и летишь
нынче бабочка
завтра стервятник
мне своею любовью понятней
невзлетевший с поверхности стриж

два поэта под зонтиком
кроется слово в другом
тишина результатом
как интерференция звуков
дождь лежалой антоновкой
и дорогим серебром
пусть незамысловато
но смыть близорукость разлуки

чёрный дрозд дрозд-рябинник и певчий
на поляне копают червей
щебет звёзд беспричинно повенчан с писком птиц
звук вдохни протрезвей
в лес шагни позабудь городское
и людей навсегда позабудь
тьма огни волчий путь
вой тоскою чародей по следам как-нибудь

стекло волнуется теплом холста портала
морщины времени пробью и полечу
слепая курица бьёт крыльями устало
всё неуверенней я ворону грачу
сну снова вторю тихим граем эха
звук светом отражений в пустоте
поехали шепчу и мир отъехал
бесцветным задником в куриной слепоте
снял скальпель катаракту боли

ваши пальцы пахнут смоквами
а в ресницах спит печаль
под мечом теперь дамокловым
ничего теперь не жаль

редкий страус
даст пендель волшебный настолько
что долетишь до середины днепра
впрочем боги
не позабыли создать
страусов силы такой
вот и лечу
впереди вижу тушки рухнувших птиц
скоро и мне
заходить на посадку

алиса разговаривает с пищей с напитками
и потому боится и ресторанов и кулинарий
пусть кролик старенький и духом нищий
набит камин
сквозь полутьму частиц золы
огонь не прорисован меж стихий
но холст сгорел
ключ в скважине червлён и закопчён
открыта дверь
лаз выстелен слоновьей кожей
санки черепашьи
доставят куклу костяную в райский сад
где грех забыт неважен

ты безотрадна как страус нанду
как страус эму башкой в песок
хоть и монадна доска веранды
сложу поэму наискосок

украл на шару
краски шаровой
забытой в кубовой
и пусть малевич катится
ко всем ...

леса
поля
болота
и прохожие
по шпалам
и вдоль шпал
как доведётся
впросак
деля час лёта на несложные па
мало что попал
так сдох в болотце
сусанин неудавшийся
поляков найти не смог
да и литовцев тоже
два века с лишним нету речи посполитой
нелепая жизнь за царя
сорокаградусный в болотах смог
и торф пылает зря