у синиц твои лица и бока у сорок
ты не птица не птица птице вышел уж срок
слишком холодно миру
на лету льда комок алой влагой подмок
не в коня кровь вампиру

пятая вода
смоет накипь с гор
больше не стоять
соснам на вершинах
пятая печать
выпьет разговор
сдует провода
срежет мертвечину

шаверму полей
фалафель озёр
засушливость дюн
пусть лев муравьиный
пойди околей
обгложут на спор
в термитник где ждун
снесут половину

время безгибельно
просто поверь
рукой отстрани занавес лет
тюль воспоминаний
крупнокалиберным
в горечь потерь
в память границ
бытия без бед
без горя в стакане

а эта дорога действительно к храму
номер один на ершалаим
с горки на иудейскую горку
просто жизнь без пролога и эпилога
пусть шрамы но прямо
не успеть до седин да и после
голос как мим затаив
с непривычки просыпав махорку

слова несказанные оживают
нет сказок несказанно бытиё
закваска вечности по духу дрожжевая
предсказан могиканам бой иной
бессонный краткий
пифии неправы доселе были прорицая смерть
а поражения всегда позор державы
что не сумела не смогла суметь
свободны мы проснуться на рассвете
будильник птичий заглушить грозой
не подчиняться вовсе смертной смете
покой сны разума смешны нам в кайнозой

песни вечных цикад
в тёплом мире
не успели привыкнуть
к бессмертью кузнечиков
саранчи азиатский цукат
сверчков замочили в сортире
белковых добавок конфликты
кошмар комитетчиков

маха и махаон
вот истинный гойя
а не та ерунда
что залпом на запад

я неправильный еврей
хотя при документах
ты присядь
чуток налей
и делись моментом
посочувствуй моему
может легче станет
в покосившемся дому
воду греть в титане
и ненастье и пургу
вышагать стихами
попирая борозду
грешными ногами

Потому что сидеть не сможет…

заведу псевдоним
атеизм полозков
полоз всё ж не змея
просто птица без ног

только верлибр
в мире зла нерифмованном
рифму увидишь
бросай
не держись
всякий размер
убивает материю
ну а без ткани
какая там жизнь