возвращение к скрепам колхозного строя
трепотня золотых трудодней
не изменимся
вцепятся грозно герои не в меня
черновик одолей мою волю к свободе
слова ни о чём
тишину на закате времён
обезболю навроде едва кирпичом
и засну виновато влюблён

с утра приходят сын отец и дух
парят под потолком в глаза глядят
наташ мы честно уронили всё вообще
упавшая вода покрыла землю
вчера болотом наконец протух обряд
прёт напролом туся отряд бесстрашный
пресня во вкусвилле овощей
набрала навсегда светилам внемля

конфеты радий тело марии кюри
помадка лучится в ночи видно цезий да йод
уедем ради дела
накрылось пари несладкой горчицей
от тифа никто не уйдёт
валить надо было раньше
под белый флаг ещё не пропитанный кровью
сквозь мох границ зенитками в пыль ламанчи
несмело так
уроним с орбиты кремлёвской ось небылиц

мессию отдали в советские ясли
он понял что хлев был неплох
к тому же волхвы таскали подарки в портал
месили в портале последствия
гасли сезоны рельеф суматох ненужных
забыл цинандали петрарка устал
всё смазано было невнятно
в немом усталом сыром декабре
нелепые рожи пустыни оплот рождества
заразная пыль палисадника злом
сломала геном на траве
ослепли прохожие в глине
синод опоздал

предположительно в константинополе
иерусалиме мекке ватикане
тоньше завеса между мирами
каждая капля отзывается громом на полюсах
от мелкого дождичка словно в юрский период
вздымаются грибы да трава
четыре лошади длинногривых
решают которая из них неправа
станет бледным конём
печати сорвём
останется тройка русь
но до москвы не доедет
так что я уже вообще ничего не боюсь

очарование асимметрии втягивает в воронку
смерчи и омуты теплятся тёмным закатом
всяко заглянете в сороковые
мякиш века любого чертит безропотно месяцы
ждёт виноватых

какие-то авторы больше текстов
какие-то тексты больше авторов
бывает что автор и текст пребывают
в ортогональных пространствах и временах
к тому же бесконечно далёких от мира читателя
автор обычно вслух читает не так
но которые во всех шести измерениях
стараются не замечать бесконечности
им хуже всего

радиовещание внеземных цивилизаций
никто никому ничего не должен
но мир продолжает дышать
пузырьки альвеол в пустоте защищают любовь
и не то чтобы жизнь не случилась
просто свет погасшей сверхновой
согреет нас только в четверг
а потом уже не замёрзнем
так давай подождём до рассвета

первое мая оно и в финляндии первое
праздник труда и нетрезвое шествие в ад
да никогда геркулес вдвое не виноват
переживает героев ведь ландыши прерваны
всеми двенадцатью месяцами карантина