желтеют от глины кирзовых сапог
проливы с ла-манша до берингова
пигмеев прикинув всех вдоволь
не смог сфальшивить как раньше в америке враг
и жёлтое море сместив невзначай
в индийский из тихого в раже пустом
полсотни проспорил шерифу
бичам не выставив выхода даже тайком

стон невидимых нитей пространства
разрываемых памятью боли
что похитили в питере грязном враз хозяева храма
доколе им молиться без слов не устанут
так и не угадавшие рифму очевидцы условного плана
на войне меж кентавров да грифов

когда земля укрыта облаками
легко поверить что исчезли города
все вместе с жителями
местью в никуда попали
в рвы отрытые покамест шло сотворение
и мира и войны
и боги спорили с нейронными сетями
под крики странников во тьме
москва за нами
раз на потеху мы москве сотворены

в пень баобабовый чувство вины
кенары с жабами обречены
шахты и топи укрыты метаном
взорван акрополь
икры наметала в море амфибия
не человек
борется с фигами в странах опек
нефть не закончилась но испарилась
что за пророчества от гамадрила

океан как всегда завершается берегом
бесконечность воды вельзевулом придумана
божий дух словно карлсон откроет америку
в день седьмой долетит до зачуханной рюмочной
кильки на бутерброде рыбак рыбака
водка тайной вечери горчит холодна
у иуды последняя лопнет струна
ныне всех отпускаешь вода глубока

ложь честности вся в искренности взгляда
глаза в глаза
никак нельзя поверить
плоть по куску твои съедают звери
оближут кровь с души
иных не надо
ни жертв ни обещаний
козероги всегда ненастоящие
бумага
что ни напишешь
в промокашку влага чернил уйдёт
лишь серость
пыль дороги
и серая звезда
на коже серебром

талый снег по асфальту
полосой тропок в ад
взлёт паденьем
медаль ты не заслужишь
назад не вернувшись
исполнив
что и не обещал
масть мышиная
кони
злое ржанье
причал
привяжу самолётик
приводнившийся в ночь
что ж назад не берёте боль
ведь были непрочь
эх вы ангелы
черти
грязен стикс
маслянист
сто мазков на мольберте
профиль мой портит лист
дорогой акварельной бумаги
и грудой оболы в овраге
души смертны как люди
покаяния рая
не будет

христианская ненависть
к бренному грязному телу
въелась с чувством вины
за антоновки кислый огрызок
человек так небрит так свободен
так в помыслах низок
что архангелы пленного не спасли
и душа улетела
ведь покой ни в раю ни в аду
ни в чистилище да и не в снах
всё тропинкой болотной бреду
всё пою о любви в трёх соснах

К.К

непрочен мир
но держится словами и красками
маляр и каллиграф взялась за кисть
и зеркальце
познай миф
пристрастными слогами телеграф
твоими не подавится доставит
распишется на бланке адресат
растает ад светла судьба красавиц
твои мазки тебе же ворожат

расколота сопочка молнией
из трещины блеск аметистов
а бога опять не запомнили
лишь дьявола
был он неистовей
в творении мира из подлости
добра
и огня эпитафий
стихи бытия оприходуйте
живите как прежде
сон в кайфе