а самое грустное
это
осуществившийся факт
хоть и не очень упрям
и не совсем в себе
весну не почувствую
лето
не пойдёт на контакт
буду окнам дверям
говорить о судьбе
открытий
и скрипа петель
во тьме
необходимости
запирать на ночь ставни
возьмите
с собою метель
в корчме
позаимствуйте
право ночлега
я зря от закона зависел
сон стал дополнительной льготой
и как бы ни был я кроток
мне не понять этих чисел

Поэзия

я в жизни добился
чего не хотел
и вот над добитым стою
ни слов и ни чисел
последний предел
придуманному королю
фигуры побиты и карты покрыты
и вся почернела доска
и даже разбитого нету корыта
чтоб прополоскалась тоска
от озерков до петергофа без денег
стопом и пешком как коростели или дрофы на юг
на юг в москву зверьком
напуганным июльской ночью
на странной даче под портвейн
изодраны все чувства в клочья
побег удачи слёз верней
в общаге на краю вселенной
вселенной верить перестать
подбросить в печь любви нетленной
и сжечь уплочено печать
полог неба наполнен дождём
протекать начинает брезент
горизонтом палатку свернём
и уйдём с самой злой из планет
атмосферу забрав в рюкзаке
дошагаем до марса пешком
говорят там на праязыке
по своим не стреляют тайком
полвека молиться на образ любимой
ну той с кем я прожил на малой неглинной
ну или большой непесчаной
я плохо знаком со столичной жилой суматохой
какие там улицы и переулки
какая мне разница в памяти гулкой
всё лица и фразы брошь из хризопраза
и боль наведённого свыше экстаза
да полно любил ли и та ли планета
не вспомнить
цент шиллинг куплет недопетый

пожалуй столько я не выпью
а если выпью то сопьюсь
и буду выть той самой выпью
что ватсон слышал пряча грусть
как понимаю ту собаку
огонь на морде мрак в груди
не зря ввязался в эту драку
ко мне теперь не подходи
снег бутафорская вата падает и пропадает
в воздухе паром мороза не покрывая земли
век укорять поздновато полог отвёрнут до края
кромлехи в клочьях мимозы
храмам пространства внемли
этот спектакль бесконечен
но безбилетников всё же выведут скоро из зала
боги воспряв с бодуна
вечный стрекочет кузнечик
те же похмельные рожи
выдай обол мне меняла пенсия слишком скудна
не наступай на шлейф своей души
пускай несут его тропой ежи
негромко рок-н-роллы напевая
потом на остановке ждут трамвая
маршрута номер семь в ершалаим
на входе дикобраз поедешь с ним
по яффской улице достигнешь старых стен
с магрибским колдуном делить абсент
на капли правды и на отраженья
движенье к истине мой друг движенье

мы зря богов рисуем с бородами
они все молоды а потому эгоистичны
не нанимались убирать дерьмо за нами
и добавлять в карманы нам наличность
пигмалион за галатею не в ответе
не приручал свободен взятки гладки
за дождь в ответе мы
за дождь да ветер
ведь со стихиями у брахм не всё в порядке
а человеки ну пусть молятся
послушать всегда забавно
почту полевую прочесть
где на конверте богу в душу
вся жизнь от поцелуя к поцелую
от акушера до харона выбор узкий
в кредит билет пусть нету ни обола
жить по-советски и пропасть по-русски
а школа что учила хрени школа

мне вместо корицы насыпали перца
от чистого сердца
от чистого сердца сижу и чихаю от кофе крутого
аман мордехаю не дал отступного
апрельские тезисы точно к адару
от ксеркса до ксерокса вдоль плинтуара