храм спалить и отстроить по новой
обновление веры отцов
нам защитой подвои основы
не изменится серость
в лицо дует ветер
попутный но страшный
разворачивай чёлн на закат
в серенгети безлюдная башня неудачей
сверчок виноват

мацерация трицератопса
время обогатится пространством
как ни мешай спирт с водой
азеотроп однозначен
полагаться на птицу клятую
светлоокую жрицу баланса странно
ландшафт новостной сглазили в лоб неудачей

перестану зевать
перестану стремиться ко сну
обрету не бессонницу но стойкость к анабиозу
пусть нирваной кровать
ведь нирвана частицей волну по холсту
успокоятся пёстрые метаморфозы
отражения множатся
мне никогда не узнать есть ли оригинал
в этом множестве стылых миров
да и нужен ли он
когда тёмной материи только и быть зеркалами

девятнадцать колен ковидовых
от альфы до тау
чёрные белки коронуют эпоху
скрепы флеминга не спасают
голиафу человечества
не подняться с глиняных колен

вождь задней лапой чешет за ухом
акела на скале советов
наглядней всех насмешек браунинг
стемнело в дефиле
отпета про кто чьей крови серенада
у бандерлогов нет дистанции
ато
суровы двери ада и рая
панихида с танцами

пассажир раздражает водителей
контролёров и кондукторов
уложи горожанин медлительный
не позорясь ребёнок петров
нелюбовь к современности города
в карантин где парит тишина
приготовили ненависть
вспороты животы
над невою луна

свой остров с полынью
абсент опрокинем настоянный на парусах
на алых закатом
вода виновата что измождена впопыхах
мертва аква вита
от бога укрыта протоном удвоенным лжи
тяжёлую жидкость не схватят с поличным
плыви будь доволен что жив

следы на снегу
это просто следы на снегу
растает основа
уток воспарит в небеса
невинных фигур полуостров
чужды кабаку кристаллы
сурова чуток алгоритмом лиса
а сумрачный лис
он ведь тоже поляной прошёл
и если б не дождь
не закончил бы данте шедевр
бесшумен и чист суматошной осанной осёл
воскреснет христос
тамагочи семантики древ

что ж
есть кого спасать
и всё надеюсь
что самого себя спасать мне не придётся
так велико острастки платье без эмоций
оркестра благодать в оранжерее
метеориты выбили все стёкла
и снег лежит на пальмах и не тает
ковчег болид ужалил
а трамваю метель звучит погибелью
поблёкла звезда-полынь без горечи без слёз

апрельский снег скользит с горячих крыш
и давит первоцветы на газонах
осмелься алфавитом замолчишь
в облаве обезвредят осуждённых на тишину
на замкнутость в земле
на карантин от бытия металла
знак промелькнул запамятуй забей
предотврати спаситель яд финала