днесь не смог оторваться от провода
по которому буквы ползли
не нашлось ни причины ни повода
перестать рвать бумагу
вдали словом мир проникался
невнятно громоздились структуры тепла
словно символы дыр карнавала
а река к морю текстом текла

словно кот новогоднюю ель
ветер мир опрокинул в конце декабря
не расслышав приказ
мол нацель что шекспир
в середину последнего зла
втихаря свои бури
ударил в источник всего
что творец невзначай отпустил
спит создатель последний кошмар у него
на отмену меча нету сил

война лягушек и гадюк
за кочку на сыром болоте
играет пианист сердюк им гимн россии
не дождётесь ни снов ужа о топком дне
ни зова жабы к ледорубам
тьма всё наивней свет плотней
гниль улыбается беззубо

тарантулы танцуют тарантеллу
талантливо таинственно тоскливо
тут тщетно торжество
толпа трезвела тарифицируя терпение
тарифы такие тусклые
теперь тупить торговкам толковым тошно
толерантность треснет
тать траванул типичную тусовку
тень теребит траву тяжеловесно
заполнили сытые площадь
им нечего требовать
в краю водопадов от зрелищ ни толку ни слёз
неволей сокрытый наощупь кузнечик нелепый
без чувства стрекочет апрелем недолгим
всерьёз никто его вёсен не примет
и не засмеётся
а значит все ландыши
из января в карл-маркс-штадт отбудут
воск осени вымыт
с виной идиотской удачей увянувшей
не говорят про джихад

я сбросил карты
даже не проверив чьи нынче козыри
не до игры теперь
а за окном вагонным силуэты твери дрожали
превращалась тверь опять в калинин
приближалось бологое
поповку мимо мы проскочим всё равно
и ожидая воли да покоя
приедем в ленинград немым кино

не сможете наверное покаяться
не рассказали что такое грех
чем вожжи отличаются от хаоса
хотя вам без вожжей никак
согрев войной вам землю
вождь вождя сменяет
слепой слепых ведёт к обрыву
тьма вам светит тускло
словно самураям нет цели
впрочем и пути
чума