прекрасна ненависть
своей неизменностью
может забыться
но не растает
борется сама с собой
мельница ветряная
всю жизнь пить из копытца
ослик козёл росинант крепостной

искать гель-гью
близ феодосии
избыть проклятье полуострова
шестом отринуть керченский пролив
и плыть в свободном океане

уж и не помню по чьему совету
свистульку вырезал из липовой ветки
от чириканья первого вихрем выдохнул лес
озёр доверчивость краску смыла с небес
резонансу послушна задрожала планета
прибежали послушать лисьи стаи из лета
порыжело вокруг наверху побелело
всех друзей подруг выкрасть из-под обстрела
постараться надо и к чертям оборону
только вот канонада с каждой нотой бессонней

не тем буравчиком закручены
мои спирали
несъедобен
для общепринятого мира
сном выплываю на излучину
харон в печали
в небоскрёбе
творец арендовал квартиру
поцапавшись с муниципалитетом
не знает сам
зачем создал
такую мерзость
спектр настроения
так фиолетов
грозою дерзок
дождём прольёмся
он на луну
а я на иудейскую пустыню
не хватит вёсел
крабам на галерах
волну одну
поверх барьеров
атолл воспринял
за перекатом на утёсе
на прибывающей воде
ковчег выходит в стратосферу
пусть буду не у дел
проветрится планета
от духа серы

мы нарушаем чётность мира
хоть провоцируй хоть планируй
разрывы в ткани бесконечности
пока вселенная не спохватилась
не зарастила бреши
вдыхаем осторожно милость
никто другим не охранит
единственен наш общий враг
бойцы по склону мордой о гранит
безбесовства пространств
безбожия времён

выстраданное
взлетающая
из включённой духовки крыса
звонит колоколом апокалипсиса
бомм
специалистом предписан
план боевых действий
грызуна загнать в угол
упражнением в чародействе
решить квадратуру круга
липкий швырнуть коврик
прямо под мерзкие лапы
неуставным манёвром
заставить зверюшку драпать

морская свинка на шведском зовётся морсвин
впрочем суслики бьют в барабаны не хуже
хомяки хомячат фонарь хотя там керосин
а сурка мы пожалуй зажарим сегодня на ужин

заснеженный пряничный город
в цветах фонарей уплывает
на иллюминаторе морось
внизу полоса грунтовая осталась
леса и озёра ноябрьской ночью сокрыты
полоскою медленный скорый
в столицу увозит убыток

во мне я сам
и смысл не пропадает
когда на промысел выходят мыши судеб
стоят автобусы троллейбусы трамваи
стоп-кадром снежного финала
не осудят а впрочем и не обнадёжат
сбыться счастью не суждено
заказан климат на столетия
переживём обычные напасти
а необычные сойдут за междометия

лох в лохье тяжёл
не поймать соломона
не хватит в костянке костей на костёл
объявит шабат капеллан батальонный
хоть сало для  соло ещё не созрело
и рыбу живую кирпичного знака
везут на икру в закромах автозака
как вязы повяжут за слово и дело