белая горячка белого андрея
чёрствость саши чёрного
гойи гонорея
блок опохмелился мятой и мелиссой
выложил красиво золото на синем

отрежем отрежем анапесту ноги

монополия монад самогонный аппарат
менделеев в самом деле
в пьянстве блока виноват

силуэты леса и заката
вырезаны прямо в окоёмё
пуст портал
звезда в дверном проёме
лабиринт пространства виновато
обрывается в густую пустоту
длиться времени уже невмоготу
первый космонавт
попятным нервом виноват
не стал последний первым

себя возможного рассматривая в прошлом
где музы тень и ноты тень и я
кургузый гений нототению любя
пирожного икающую пошлость
не будет хека есть хек заморожен
а рыба-сабля жиром мажет ножны
кораблик ядовит и невозможен
зек наутилус рвёт тилапию
таможня даёт добро и зло
будь осторожен моэль лимонных шкурок

всё правильно торжественно и грустно
вторая смерть не преминёт настать
овощебазно да картофелекапустно
повесил на хранилище печать фитоконтроль
капустницы взлетели под потолок
пятнистый свод небес
шуршание тончайшей канители молчит
толкает к раю сводню бес

а что наша жизнь облаку
облаку мы побоку
монопенисуален ему наш диктант тотальный
господь трубным гласом вещает
из тучи о наших печалях
мы пишем дословно дозвучно
на всякий пожарный случай
бумага всегда пригодится
неважно журавль синица

сегодня дева пьяная
от стопки коньяка
слова оставьте бранные
ведь жизнь её тяжка
всё знает но не чувствует
и чувства возражают
хорошая но мудрая
своя
своя
плохая

плеск едких волн
ласка злого щенка медузы
выплыли в бухту инклюзы
древний ужас колонн
пространство смятого времени
плач шофара глухой
прибой бытия прибой безысходности
всё неуверенней

It was good, it wasn’t boring,
It was almost like the blues

поток слов из древней шумерской пустыни
паучьи следы буквенных лап
гортанный шелест крыльев
всё завершилось так и не остановившись
аста ла виста
будущее не произошло прошлое не произойдёт
а мы всё идём и идём и идём