политбюро на водной аэробике
семейные трусы секретарей
охрана ни моложе ни старей
барахтаются кругом словно бобики
наивные забавы кровопийцев
пуст стадион закрыт на карантин
властитель как всегда плывёт один
и никуда не надо торопиться

непонятность агрегатных состояний
оживляет обезличенный пейзаж
может бог за мир в окне обол мне дашь
ведь не зря же ты его так затуманил
выйду в лес застряну в тающем снегу
след медвежий не угрозой а теплом
побредём вдвоём до речки напролом
зверю чучело зимы сплету зажгу

нетрезвый юноша на пряжке на экскурсии
попытка разрешить неразрешимое
тюрьмой сумой ли напоказ режиму тьмы
отрезать лучшее
пусть страшно навь прищурилась
сойти с ума как помолиться понедельнику
забыв что воскресенье первым днём
в разрыв субботы чисто проскользнём
чтобы хоть час в темнице но бездельником

неясное томление любви
осуществится золотом заката
любовь не больше смерти виновата
в приходе ночи
лучше не зови
ни ангелов ни бесов ни амуров
все прилетят и так
среди стрекоз ты жив и светел значит обошлось
жизнь не сыграла взвесив партитуру

я позабыл твоё имя не вспомнить никак
запад бесстыдство не примет юг скажет дурак
север уйдёт на восток снег пустыню укроет
куст тихо ангела сжёг откровением роя

по шкале крокодилов я молод
несомненная мудрость рептилий
по болоту меня прокатили в шевроле
голод чтобы и холод
испытал буржуазного рая
и сравнил с преисподней совка
глобус синтаксис наверняка
в номинале развязно сыграет

взбивает ливень пузыри на лужах
снег с воскресенья никому не нужен
ни людям ни животным ни зиме
всё стихло лёд растаял онемел

полдня дождя и снег поехал с крыши
границы дома чётко обозначены
отброшу дам свободу всякой всячине
в шуршании травы весну услышу

коньяк кв вкус истинного дуба
причастие от плоти винограда
хтонь в рукаве амнистией искупит
отчасти разорвётся мир так надо

запала кнопка верхнего регистра
кричу на мир
никто не понимает
что это шёпот из последних сил
рэп шутовской дыхания чейн-стокса