Urban places
with porous time and space
stratify in the spring.
Thin crust of the sleep,
metamorphism reversed.
Insomnia degrades
into segments of a mosaic pattern,
dissolves away iron and graphite,
whitewashes the conscience.
Ольга Маркитантова

Городские места
с размытым временем и пространством
расслаиваются по весне.
Тоненькая корочка сна,
повёрнутый вспять метаморфизм.
Расщепляется бессонница
на фрагменты мозаичного рисунка,
вымывает железо и графит,
обеляет совесть.
Lead to a new life the winter rains,
the destiny spells a couple when there is not a single,
a drop of a golden heart dissolves in sorrow,
titanium towers are hidden in a green fog,
loneliness enters the bones, rebars, pillars of this world,
here is a bus, and  you've got to go home.
Ольга Маркитантова

Ведут к новой жизни зимние дожди,
судьба пророчит двух, когда нет ни одного,
капля золотого сердца растворяется в печали,
титановые башни скрыты в зелёном тумане,
одиночество входит в кости, арматуру, опоры этого мира,
идёт автобус, и надо ехать домой.
Through clean incisions of arches and balconies
shines through the shard of an angel.
A piece of invisible glass,
of transparent November
is cut into the chest.
Falls the wet body of the leaf,
its' sweat, skin, flesh, salt, chaff.
Ольга Маркитантова

Сквозь чистые надрезы арок и балконов
просвечивает осколок ангела.
Кусок невидимого стекла,
прозрачного ноября
врезан в грудь.
Падает влажное тело листа,
его пот, кожа, плоть, соль, шелуха.
In the copper light of the night streets
opens a gentle wound on the crown.
Happiness runs from my head,
endless winter devastates us.

Woman without hands
white back forward comes out of blackness,
carp bursts through the packet,
runs out of a trolley bus.
Ольга Маркитантова

В медном свете ночных улиц
приоткроется нежная рана на темени.
Счастье бежит от моей головы,
бесконечная зима разоряет нас.

Женщина без рук
белой спиной вперёд выходит из черноты,
карп прорывает пакет,
бежит из троллейбуса.
A bitter snow manna.
Instead of a rain, its' brother comes,
the white seed.
Sister moon
sucks juice from the yellow pulp of the sun.

To eat the inside half of an orange,
get off the style platform,
rise out of the black hole of the neighborhood,
leave into the battle for a dream.
Ольга Маркитантова

Горькая снежная крупа.
Вместо дождя приходит брат его,
белое семя.
Сестра луна
тянет сок из жёлтой мякоти солнца.

Съесть внутреннюю половину апельсина,
сойти с платформы стиля,
встать из чёрной ямы микрорайона,
уйти в битву за сон.
Gently rain tingles
or snow is shining
on the sides of the black road.
A white ball is rolling,
consciousness goes away
as non-burning flame.
We shall not all sleep
But we shall all be changed.
Ольга Маркитантова

Осторожно покалывает дождь
или светится снег
по бокам у чёрной дороги.
Катится белый шар,
уходит сознание
нежгучим пламенем.
Не все мы умрём,
но все изменимся.
Initially
All my losses
Were given to me from the birth.
There's no loneliness
In a dark night on a planet of people.
Here the aviator is disappearing;
Space alive
Surrounds me from all sides,
Breathes with me.
Plexuses of stars,
Nerves, fibers, veins of mine -
Branches in the heavenly garden.
Ольга Маркитантова

Мне изначально,
От самого рождения были даны
Все мои потери.
Нет одиночества
В тёмной ночи на планете людей.
Вот удаляется лётчик;
Космос живой
Обступает меня со всех сторон,
Дышит вместе со мной.
Сплетения звёзд,
Нервы, волокна, жилы мои –
Ветви в небесном саду.

To E. Dickinson

To learn about the meaning of life,
Contact your angel:
A red plastic phone,
Everyone has it.
If it gets alarmed and buzzes
In the chest,
Angel  will pick it up, flutter plumage
And say a single word: "Yes!"
Ольга Маркитантова

Э. Дикинсон

Чтобы узнать о смысле жизни,
Свяжитесь со своим ангелом:
Красный пластмассовый телефон
Есть у каждого.
Если он встревожится и загудит
В груди,
Ангел поднимет трубку, колыхнет опереньем
И скажет единственное слово: «Да!»
I would put an end to myself
As you put an end to dozens of undershirts.
I would fray the riband
By long wearing
And lose own pain
As I was losing the cross.
All I want for my soul is
Tangible like an air in a hole on the shoulder
And a  little draft in the armpit.
Ольга Маркитантова

Мне бы изжить себя,
Как изживают десятки нательных рубашек.
Мне бы перетереть тесемочку
Долгой ноской
И потерять родную боль,
Как теряла крестик.
Все, чего я хочу для своей души, —
Осязаемо, как воздух в дырочке на плече
И сквознячок подмышкой.
Phantom pain
Of the sides of Flying Dutchman
By the sharp rough edges of home wharf —

Hurts just as much
Abdominal mark
From the pants bought at the nearest store

And the skin aches
On shoulders and shoulder blades
In an empty bed.
Ольга Маркитантова

Фантомная боль
Боков Летучего голландца
По острым шершавым краям родного причала —

Так же болит
След на животе
От штанов, купленных в самом ближайшем магазине

И ноет кожа
На плечах и лопатках
В пустой постели.